Шесть месяцев войны с Ираном: рынки привыкают к тупику без видимого конца

Прошло полгода с начала «крупномасштабных боевых операций» США и Израиля против Ирана, спровоцировавших ответные удары по объектам в Персидском заливе и новую войну на Ближнем Востоке. Конфликт, который изначально предполагался кратковременным, перерос в затяжное противостояние без видимого конца. В то же время, фокус администрации президента Трампа сместился на усиление экономического давления на Иран и его торговых партнеров, что сам президент назвал «экономическим Днем Победы».

Траектория конфликта остается крайне неопределенной. Суда, пытающиеся пройти через Ормузский пролив, продолжают подвергаться атакам. Мирные переговоры, по всей видимости, зашли в тупик, а вопрос о расширении вторичных санкций на Китай, одного из крупнейших торговых партнеров Ирана, остается открытым. Официальные лица США заявляют о «заключительной стадии» войны, но иранская сторона пока не комментирует ситуацию.

Рынки адаптируются к войне

Цены на нефть остаются нестабильными. Фьючерсы на Brent выросли почти на 20% с начала войны, однако сейчас торгуются примерно на треть ниже апрельского пика. Нефтяной рынок находится в состоянии контанго, что предполагает ожидание снижения цен в будущем. Фондовые рынки в целом проигнорировали потенциальные последствия конфликта, наблюдая общий рост на фоне оптимизма корпоративных доходов.

Прорыв не предвидится

Эксперты сходятся во мнении, что, несмотря на изменение характера конфликта, скорого разрешения войны ожидать не стоит. По их словам, ни одна из сторон не готова к эскалации или уступкам. США, опасаясь иранской ответной реакции и истощения боеприпасов, перешли к тактике «выжидания», надеясь на капитуляцию Ирана под давлением экономических мер. Однако, как отмечает один из аналитиков, такая стратегия вряд ли приведет к прорыву, поскольку Иран демонстрирует устойчивость к экономическому давлению и, скорее всего, будет сопротивляться и идти на обострение, чем уступит требованиям США.

Другой эксперт подтвердил, что экономическая война стала предпочтительной стратегией администрации Трампа. Однако, по его мнению, нет оснований полагать, что эта стратегия заставит Иран капитулировать или пойти на существенные уступки в переговорах.

Экономика Ирана под давлением

В случае нападения на американские суда или персонал, США, вероятно, ответят военными действиями. Однако иранское руководство готово к значительным лишениям, поэтому быстрой сдачи или компромисса ожидать не стоит. Президент Трамп изначально полагал, что война продлится несколько недель, но Иран смог эффективно сопротивляться, используя свое географическое положение и контроль над Ормузским проливом.

Нынешний подход администрации Трампа заключается в усилении экономического давления на Иран. Несмотря на многолетние попытки иранского режима обойти санкции, сочетание блокады и более жесткого контроля за их соблюдением окажет существенное давление на иранскую экономику, находящуюся в свободном падении. При этом иранское руководство не боится навязывать трудности своему населению и считает, что сможет переждать президентство Трампа. Если экономическое давление окажется эффективным, Тегеран может прибегнуть к военной эскалации или ударам по соседним странам.

Сам президент Трамп заявил о готовности продолжать войну с Ираном столько, сколько потребуется. Однако отсутствие четких целей со стороны Вашингтона затрудняет определение того, что будет считаться достижением миссии.

Оценка успеха в войне с Ираном

Администрация Трампа до сих пор не определила, что будет означать победа США, хотя и ставит широкие цели, начиная от прекращения ядерной программы Ирана и заканчивая сменой режима. Поэтому определить, сможет ли США победить, не представляется возможным. Иран, напротив, чувствует себя увереннее, успешно выдержав шесть месяцев войны, несмотря на значительно уступающие военные возможности.

Эксперты полагают, что президент Трамп допустил ошибку, начав войну с нереалистичными ожиданиями, и теперь выбрал «наименее плохой вариант». Основными задачами США в этом конфликте должны быть: снижение и прекращение насилия, открытие Ормузского пролива и долгосрочное сдерживание ядерной программы Ирана. Реализация этих целей будет означать достижение стратегических интересов США, независимо от того, будет ли это считаться «победой» в войне.